Urme poloneze în Moldova: Biserica romano-catolică din Orhei

Printre cele mai vechi şi mai deosebite sub aspect architectural lăcaşe din Republica Moldova, se numără și Biserica romano-catolică „Adormirea Maicii Domnului” din Orhei.

Biserica romano-catolică „Adormirea Maicii Domnului” din Orhei

Haideți să descoperim împreună istoria acestui lăcaș de cult, căruia i se mai spune și „Perla Orheiului”.

În 1895, în oraşul Orhei locuiau 125 de catolici (60 bărbaţi, 65 femei). Numărul catolicilor nefiind mare, aceştia, pentru a participa la sfânta Liturghie, mergeau fie la Chişinău, fie la Râbniţa. În anul 1904 catolicii din localitate, s-au adresat guvernatorului Basarabiei cu cererea să li se acorde permisiunea pentru construirea unei biserici romano-catolice.

Biserica a început să fie construită în 1911, iar lucrările au fost finisate în 1914. În anul 1921, după unirea Basarabiei cu România, Papa Benedict al XV-lea a transferat cele cinci parohii basarabene existente la acea dată (Chişinău, Tighina, Bălţi, Hotin şi Crasna) de sub jurisdicţia Episcopiei de Tiraspol sub jurisdicţia Episcopiei de Iaşi 

Lăcaşul de cult, construit în stil neogotic (specific țărilor din nord-vestul Europei), a fost zidit pe terenul achiziționat de la Biserica Ortodoxă „Sf. Nicolae”. În anul 1926, în Basarabia activau 9 parohii, păstorite de 8 preoţi, care slujeau în 6 biserici şi 8 capele. Întrucât în decretul papal din 1921 nu este menţionată parohia Orhei, dar existând deja în 1926, se presupune că ea a fost înfiinţată în perioada 1921-1926, data cea mai probabilă fiind 1922, anul în care părintele Nicolae Szczurek a fost transferat ca paroh la Tighina, acesta din 1916 îngrijindu-se de catolicii din Orhei.

Ctitorii de bază ai edificiului de cult au fost membrii familiei Doliwa-Dobrowolski, proprietari funciari, în mod special Cesarina Doliwa-Dobrowolski (1841–1924), înmormîntată în cavoul bisericii. Ambii erau creştini cu suflet mare şi fiecare a ctitorit câte un lăcaş de cult în Orhei. Ea – unul catolic, iar el – biserica ortodoxă din comuna Brăviceni. Descendenții acesteia stabiliți în Elveția și Canada au vizitat de mai multe ori lăcașul sfânt.

Ca mai toate lăcaşurile de cult din Basarabia, nici acesta nu a scăpat, de-a lungul perioadei bolşevice, de pângărire. În 1946 a fost transformat în sală de sport, trecând apoi „de la un stăpân la altul”.  

În 1990 s-a încercat o restaurare a ei, dar cu multe greşeli, pentru că nu se ştia cum arăta initial. Biserica a fost reanimată grație părintelui Klaus Kniffki, din Congregaţia Cuvîntului Divin, care în 1998 i-a îndemnat pe enoriaşi să renască comunitatea catolică din Orhei.

Iar în 2001, după retrocedarea bisericii comunităţii catolice din Orhei, Episcopia Romano-Catolică de Chişinău a început restaurarea clădirii, Evgheni Smolin a fost arhitect-şef al proiectului de restaurare. Biserica a fost construită din piatră, din carierele din raionul Orhei. Este înfrumusețată cu frescă, vitralii și flori. La 15 august 2008, de sărbătoarea Adormirea Maicii Domnului, PS Anton Coşa a sfinţit biserica nou restaurată. Potrivit recensămîntului din anul 2004, în raionul Orhei locuiau 88 de catolici.

Vivian Furtado – Parohul bisericii romano-catolice din orașul Orhei

La 15 iunie, 2014, în prezența PS Anton Coşa, paroh al comunităţii a fost numit părintele indian Vivian Furtado, născut la 20 decembrie 1972 în localitatea Udupi, Karnataka din sudul Indiei. Vivian Furtado s-a născut într-o familie catolică, are trei frați și două surori, una din ele fiind călugăriță. A absolvit liceul cu profil filosofie și teologie. Este călugăr misionar în Congregația Cuvîntului Divin. Cunoaște limbile romȃnă, engleză, italiană, rusă și cinci dialecte indiene. Din 2003 este în misiune în Republica Moldova. Oficiază Sfânta Liturghie în limbile romȃnă și rusă. Are mai multe activități sociale. Aici activează un Centru de zi pentru circa 25 de copii, cu un program de luni pînă vineri, de la ora 12.00 până la ora 14.00, unde elevii își pregătesc temele pentru acasă și fac diferite lucrări manuale. Duminică la biserică se studiază limba engleză. Slujitorii lăcașului sfânt sunt implicați și în proiecte caritabile. Vara se organizează tabere de agrement pentru 80-100 de copii.

Dacă sunteți în trecere prin Orhei, vizitați neapărat și Biserica romano-catolică „Adormirea Maicii Domnului”.

Sursa: observatorul.md; radioorhei.info; pelerinaje-mariane.ro; orhei.md; bessarabia.ru;

Sursa: orheianca.eu; radacina.md; enciclopedia.asm.md; bessarabia.ru;

Insulele tropicale ale Poloniei: casele de palmier

Planificați o vacanță în țările calde, unde e nisip și palmieri din belșug, dar nu vă ajunge nici timp și nici resurse? Nici o problemă! Insulele cu palmieri sunt mai aproape decât ați crezut.

Pur și simplu, puteți vizita casele de palmier din Polonia. Acestea sunt niște pavilioane de sticlă potrivite pentru cultivarea și afișarea plantelor exotice, apărute încă în secolul XIX.

Casa de palmier construită în 1840 în Belfast Botanic Gardens a fost, probabil, una dintre primele construcții de acest gen.

La început, casele de palmier au fost mai mult un mod extravagant de a se distra și de a-și afișa statutul său, pentru familiile bogate. La începutul secolului XX însă, tot mai multe orașe au început să construiască astfel de clădiri pentru cetățeni și drept atracție pentru turiști.

Polonia, de asemenea, are multe case de palmier, care sunt remarcabile, atât pentru colecțiile lor de plante, cât pentru și designul lor arhitectural.

Casa de palmieri din Poznań

Casa de palmieri din Poznań

Este cea mai mare casă de palmieri din Polonia și una dintre cele mai mari din Europa. Aceasta este formată din 12 pavilioane, dintre care două nu sunt disponibile pentru vizitatori, deoarece sunt utilizate pentru cultivarea plantelor. Prima clădire, situată în Parcul Wilson din Poznań, a fost construită în 1911, iar alte 6 au fost construite în 1929.

Istoria acestei case de palmieri este destul de tumultoasă. Ea a fost parțial distrusă de bombardamente, în timpul celui de-al Doilea Război Mondial, dar a continuat să funcționeze timp de câteva decenii după reconstrucția sa. În ciuda acestor probleme, majoritatea plantelor au supraviețuit.

Din momentul când, după o renovare totală, casa de palmieri s-a redeschis pentru vizitatori în 1992, ea a devenit casă pentru 17.000 de plante, care se impart în 1.100 de specii. Pe lângă palmieri, există zeci de specii de flori exotice, arbuști fructiferi și cactuși. Pavilionul – acvariu  este și el o mare atracție turistică.  Acest acvariu, primul public din Polonia, construit în 1922, este acum populat de 170 de specii de pești.

Casa de palmieri din Parcul Oliwa, Gdańsk

Casa de palmieri din Parcul Oliwa, Gdańsk

Primele plante exotice din Gdańsk-Oliwa au fost cultivate de călugării Ordinului Cistercian, care au creat o grădină de iarnă lângă mănăstirea lor în secolul al XVIII-lea. O sută de ani mai târziu, terenurile cisterciene au devenit proprietatea orașului Gdańsk, ale cărui autorități au decis să facă o completare la casa de palmieri (care a fost extinsă de mai multe ori după al doilea război mondial).

Cel mai caracteristic element al casei este faimosul pavilion de sticlă cilindrică, cu cupola sa înaltă de 15 metri. Acesta este în prezent în curs de reconstruire, cu scopul de a face loc pentru un copac de 180 de ani (unul dintre cei mai vechi copaci din Polonia), care crește în interiorul acestuia.

Casa de palmieri din Łódź

Casa de palmieri din Łódź

Cei mai vechi copaci care cresc în casa de palmieri din Łódź au făcut cândva parte din moșiile proprietarilor fabricii, din secolul al XIX-lea. Mulți pomi de portocale, care aparțineau anterior magnaților din industrie, au fost donate casei de palmieri, creată în 1956. Palmierii, care au o vechime de 150 de ani astăzi, au fost apoi mutați în Parcul Źródlisko, cel mai vechi parc din oraș, unde o veche cantină a fost transformată într-un pavilion de sticlă, potrivit pentru cultivarea plantelor exotice.

În 2013, o statuie a lui Wróbel Ćwirek, personajul principal al unui spectacol polonez pentru copii, a fost plasată chiar în fața intrării.

Casa de palmieri din Gliwice

Casa de palmieri din Gliwice

Istoria acestei case de palmier datează de la sfârșitul secolului al XIX-lea, atunci când un parc municipal a fost creat în Gliwice. În 1925, primele pavilioane dedicate colecției de arbori exotici, în curând au fost extinse pe măsură ce palmierii au crescut rapid.

În urma celui de-al Doilea Război Mondial, casa de palmier a fost într-o stare atât de proastă, încât autoritățile au planificat să o demoleze. Însă eforturile unui mic grup de entuziaști, în cele din urmă, a salvat clădirea și multe dintre plante. Cei mai vechi palmieri din Gliwice sunt bătrâni de 160 de ani.

Casa de palmieri din Wałbrzych

Casa de palmieri din Wałbrzych

Deși este situat un pic mai  departe de Castelul Książ, această casă de palmier face parte din complexul castelului din Wałbrzych. Clădirea din sticlă decorativă de 15 metri a fost construită în anii 1911-1913, după ordinul lui Hans Heinrich XV Hochberg von Pless, administratorul castelului, care, apropo, este al treilea ca mărime din Polonia. Astăzi, casa de palmieri găzduiește 250 de specii de diferite plante exotice, iar una dintre principalele sale atracții este o grădină japoneză unică, proiectată de fondatorul casei. Clădirea decorativă a casei de palmieri este singura din Polonia care a fost păstrată în forma sa originală.

Casa de palmieri Zielona Góra

Casa de palmieri Zielona Góra

Casa de palmieri din Zielona Góra este una dintre cele mai noi clădiri de acest gen din Polonia. Primul său pavilion a fost construit în 1961. Acesta este unic datorită amplasării sale în partea de sus a Winne Wzgórze și înconjurat de podgoriile care au fost producătoarele principale de vin din secolul al XIX-lea. Clădirea de sticlă, care a suferit mai multe reconstituiri de-a lungul anilor, a fost creată nu numai ca un sit pentru prezentarea a 150 de specii de plante exotice, ci și ca loc de petrecere a timpului liber. Totodată, aceasta găzduiește un restaurant și o cafenea cu terasă, precum și un centru de conferințe. Casa de palmier oferă vizitatorilor săi șansa de a lua masa și în același timp de a privi orașul de la terasă, admirând, de asemenea, și o cascadă cu două etaje.

Sperăm că aceste locuri extraordinare nu v-au lăsat indiferenți, iar următoarea vacanță va fi plină de momente plăcute petrecute la casele de palmieri din Polonia.

Sursa: culture. pl; poland.pl;

Sursa foto: aidymcglynn; s.inyourpocket.com; api.culture.pl; wikimedia.org; skanska.org

2020 – Год Леопольда Тырманда

Леопольд Тырманд

Писатель, публицист, знаток джаза, Леопольд Тырманд (настоящее имя – Ян Анджей Станислав Ковальский ) родился 16 мая 1920 года в Варшаве. Легендарная личность, икона польской творческой богемы пятидесятых годов ХХ века, его имя связывали с таким явлением, как стиляги, хотя сам он себя стилягой не считал.

Он родился в еврейской семье. Отец занимался оптовой торговлей кожей, мать считалась одной из самых красивых женщин столицы. Семья не была  богатой, но детство и юность Леопольда прошли в достатке. Спустя годы он писал, что семейное тепло и безопасность можно отнести к разряду сказок, и потому он вспоминает дом с ностальгией. Родителей своих он любил, хотя  быстро научился жить без них.

Тырманд планировал стать успешным архитектором. С этой целью  отправился в Париж. Однако во Франции впервые столкнулся с западноевропейской культурой и американским джазом, и это оказало глубокое влияние на мировозрение и творчество Леопольда. В начале войны переехал в Вильно. Когда в город вступили советские войска, стал работать корреспондентом «Комсомольской правды». Он считал, что издаваемая на польском языке газета дает возможность поддерживать контакт с польским населением. В редакции его считали лучшим автором.

Весной 1941 года Тырманд был арестован НКВД и осужден на восемь лет тюрьмы, но после начала войны ему удалось бежать и вернуться в Вильно. Чтобы скрыть еврейское происхождение, он раздобыл французские документы. Попасть во Францию ему не удалось, но Леопольд спас жизнь, берясь за самые разнообразные работы.  Был  переводчиком и железнодорожным рабочим, помощником библиотекаря и официантом в ресторанах. В 1944-м нанялся на немецкое судно, пытаясь  попасть в нейтральную Швецию. В норвежском порту бежал, но был пойман и отправлен в концлагерь вблизи Осло, где и встретил конец войны.

Судьбы родных сложились трагически. Отец погиб в Майданеке, вся семья матери – в Варшавском гетто, но мать выжила и после войны эмигрировала в Израиль. После войны Тырманд никогда не вспоминал о своем еврейском происхождении. Как писал Хенрик Даско, «после опыта печей крематориев среди польских евреев такое поведение наблюдалось нередко, и понять его было не сложно».

После войны Тырманд  в течение года оставался в Скандинавии, где сотрудничал с международным Красным Крестом, как представитель агентства PolPress работал в Норвегии, а затем в Копенгагене руководителем пресс-бюро Польского посольства. В апреле 1946 года вернулся в Варшаву. Начал журналистскую карьеру в Агентстве прессы и информации на улице Вейской, поселившись рядом, в здании на Конопницкой, которое он увлеченно описал в  «Дневнике 1954». И вновь он зарекомендовал себя как блестящий журналист, публикуя театральные, музыкальные и спортивные рецензии в газетах и журналах. Редакция журнала  «Przekrój» в 1948 году отправила его на Международный конгресс деятелей культуры во  Вроцлаве, откуда он привез интервью со многими интересными людьми: Пикассо, Эренбургом, Шолоховым, Джулианом Хаксли.

Тырманд становился в Варшаве фигурой все боле известной и популярной, чему способствовали легкость пера, образ жизни и бескомпромиссные взгляды. Именно из-за них в 1950-е его убрали из редакции журнала «Przekrój» – после того как он написал отзыв на боксерский матч, раскритиковав предвзятость судей. Он устроился на работу в «Tygodnik Powszechny». Но в 1953 году, после отказа напечатать некролог на смерть Сталина, этот еженедельник, отстаивавший свою независимость, перешел в ведение властей, то есть фактически перестал существовать. Отказавшись  сотрудничать с еженедельником, Тырманд официально пополнил ряды безработных. Именно тогда ему пришла в голову идея вести дневник, который стал свидетельством жизни автора и эпохи, в которую ему выпало жить: «Я тоже пишу в стол, но этот дневник как автомат, который, вытащи его через сто лет, будет стрелять так же эффективно, как сегодня».

Тырманд не ошибся. «Дневник 1954» стал выдающейся книгой. От других знаменитых дневников он отличается тем, что охватывает не годы, а всего лишь три месяца: с 1 января до 2 апреля 1954 года. «Дневник 1954»  получился настоящей сокровищницей знаний о послевоенной Варшаве, хроникой жизни общества, голосом в пользу красоты культуры. Автор описывает восстающую из руин Варшаву, но при этом обращается памятью к своим путешествиям по оккупированной Европе и к тридцатым годам. Некоторые суждения Тырманда почти через полвека по-прежнему удивляют своей меткостью. «Дневник» был впервые опубликован в Лондоне лишь в 1980 году. В 1999-м появилась оригинальная версия в красивом альбомном издании, с фотографиями той эпохи и вступительной статьей Хенрика Даско.

Дневник 1954 – оригинальная версия

«Дневник 1954» прерывается на середине фразы, автор перестал его вести, когда получил от издательства  «Czytelnik» заказ на «остросюжетную повесть о хулиганах и стилягах» – то есть на «Злого». Этот заказ определил наступление оттепели и окончание опалы Тырманда. В этой книге, сочетающей традиции детектива и мелодрамы, рассказывается о таинственном неуловимом мстителе, который защищает невинных жертв от варшавского криминального мира. Этот полный юмора и полета фантазии роман не был похож  на произведения послевоенного соцреализма и мгновенно стал необыкновенно популярным. Как это часто бывает, мнения критиков разделились, но и сегодня  «Злой» по-прежнему находит своих поклонников. Секрет неизменной популярности книги в главной героине, каковой является Варшава. Именно этот город показан на страницах произведения с таким пиететом, что «Злой» вполне мог бы стать путеводителем по польской столице пятидесятых годов. Успех книги стал началом светлой полосы в жизни Тырманда.

В 1957 году была опубликована книга о величайшей страсти Тырманда – «У берегов джаза». В ней джаз рассматривается в трех плоскостях: как музыкальный стиль, как общественное явление, и как явление эмоционально-эстетическое. Все три перспективы встречаются в истории времен войны. Эта книга наглядно демонстрирует, что для него значит джаз.

Хорошие времена продлились для Леопольда недолго. На первый взгляд все шло как нельзя лучше. Но цензура запрещала новые книги Тырманда. Последним, изданным в Польше (с большими трудностями) романом, был «Филип» (1961). В 1965 году Тырманду удалось получить паспорт, и писатель покинул Польшу. Тогда он еще собирался вернуться, если в Польше издадут его «Светскую и эмоциональную жизнь». Публикации он так и не дождался и остался на Западе.

Он публиковался в парижской «Культуре». Стал сотрудничать с престижным еженедельником «The New Yorker», где печатался  Владимир Набоков, Ирвин Шоу и Сэлинджер. Там он публиковал «Американский дневник» и эссе, напечатанные потом в сборнике «Записки дилетанта». Благодаря этим текстам он быстро приобрел популярность в кругах американских интеллектуалов. Но Тырманд-публицист из «The New Yorker» и Тырманд как автор «Злого» и «Дневника 1954» оказались совсем разными авторами. Эволюция, которая произошла в его взглядах, могла шокировать, его девиз звучал так: «Я приехал в Америку, чтобы защищать ее от нее самой». Возможно, имея за плечами опыт жизни в коммунистической системе, он хотел предостеречь молодых бунтарей Америки об опасности наивного левачества. Будучи эмигрантом железного занавеса, писатель хотел объяснить американцам, что такое тоталитарный строй.  Однако его «Записки о жизни при коммунизме» «The New Yorker» печатать не стал. И в 1971 году Тырманд расстался с «The NewYorker», тем самым выпав из мейнстрима американской публицистики. К тому же, после конфликта  с Ежи Гедройцем, его публикации в парижской «Культуре» прекратились.

Тырманд с женой

Взгляды Тырманда можно оценивать по-разному, но, похоже, роль агрессивного публициста не занимала его целиком. Была еще частная жизнь: в эмиграции он создал семью, о которой всегда мечтал. В 1971 году Тырманд женился на своей читательнице Мэри Эллен Фокс, родившей ему в 1981 году близнецов Ребекку и Мэтью. В семидесятых годах он отредактировал «Дневник 1954», фрагменты которого (до того, как текст был опубликован в книжном формате) печатал лондонский еженедельник «Wiadomości».

Он скончался скоропостижно от инфаркта 19 марта 1985 году во Флориде.

Каждый сам для себя решает, был ли он выдающимся писателем. Проверку временем  выдержал его «Дневник» и, возможно, «Злой». По-прежнему стоит читать написанную живо и со знанием темы книгу «У берегов джаза».  Но Леопольд Тырманд  был необыкновенно интересной, противоречивой личностью, которая по-прежнему интригует, вызывает восхищение и вопросы.

Sursa: culture.pl; archiwum.radiopolsha.pl; wikipedia.org; hoover.org

Sursa foto: muzeumjazzu.pl; wpimg.pl; ocdn.eu;